Четверг 23.11.2017


Победа В. Путина на президентских выборах: внешнеполитические перспективы



Победа В. Путина на президентских выборах: внешнеполитические перспективы
 
4 марта в России состоялись президентские выборы, на которых «чистую победу» одержал Владимир Путин. Напомню, действующий председатель правительства набрал 63,6% голосов избирателей. Одним из первых российского лидера поздравил президент Беларуси Александр Лукашенко.
Между тем, западные политики довольно сдержанно отреагировали на избрание Владимира Путина президентом России.
Как сообщает Би-би-си, «Госдепартамент США поздравил россиян с окончанием президентских выборов и потребовал расследовать сообщения о нарушениях в ходе голосования. Представитель внешнеполитического ведомства США Виктория Нуланд заявила, что Вашингтон готов работать с избранным президентом России, однако не назвала его по имени.
В то время как лидеры всех постсоветских государств, за исключением Грузии, а также руководители Китая, Японии и король Иордании поздравили Владимира Путина с победой на выборах, Запад занял более осторожную позицию.
Путина поздравил президент Франции Николя Саркози, однако его министр иностранных дел Ален Жюппе был более сдержан.
«Путин был избран с большим перевесом голосов, поэтому Франция и ее европейские союзники будут продолжать партнерские отношения с Россией», - цитирует Жюппе агентство Рейтер.
Сдержанно высказалась и верховный представитель ЕС по внешней политике баронесса Кэтрин Эштон. Как сказано в ее заявлении, «ЕС принимает во внимание предварительные результаты президентских выборов и убедительную победу Владимира Путина». При этом баронесса Эштон призвала российские власти расследовать нарушения, замеченные в ходе выборов».
Я привел цитаты из официальных заявлений высокопоставленных чиновников, которые ограничены рамками протокола. Если же внимательно изучить, что говорят об этом те политики, которые могут себе позволить более откровенные высказывания, то нетрудно убедиться, что на самом деле реакция даже не сдержанная, а негативная.
Та же Би-би-си приводит мнения британских парламентариев. В частности, Доминик Рааб, депутат парламента Британии от Консервативной партии, заявил буквально следующее: «Пренебрежение основополагающими стандартами избирательного процесса стало очередным подтверждением разложения правовых норм в России. Это лишь укрепляет доводы в пользу вынесения индивидуальных санкций против тех, кто нарушает права человека». Еще один пример: Дуглас Александр, теневой министр по делам Европы, многозначительно обещает: «Учитывая поступающие сейчас сообщения о недемократических методах, использованных в ходе выборов, возникает целый ряд серьезных вопросов. Пусть российские власти не сомневаются: мир будет внимательно наблюдать за их действиями в ближайшие дни и часы».
Еще дальше идут так называемые эксперты, которые предрекают Владимиру Путину скорую политическую смерть. Не так давно я смотрел на сайте радиостанции «Голос Америки» специальный выпуск русской службы, в котором приняли участие Дональд Дженсон, старший научный сотрудник Центра трансатлантических исследований, и Дэвид Сартр, старший специалист Гудзоновского института в Вашингтоне. Меня просто поразила некомпетентность этих так называемых экспертов. Было абсолютно очевидно, что они не понимают политических реалий России, не желают видеть очевидное, и не способны хоть на шаг отойти от замшелых стереотипов времен «холодной войны». В этом нет ничего удивительного. Ведь, судя по возрасту, становление этих экспертов происходило в самый разгар идеологического противостояния Советского Союза и Запада. То, что таких седых ветеранов «холодной войны» вновь призвали в строй, еще раз свидетельствует, что отношения России и Запада переживают не лучшие времена.
 
Причины негативного восприятия Путина Западом
 
Трудно поверить, что Вашингтон и Брюссель так уж волнует положение с правами человека в России. Среди союзников США есть страны, где дело обстоит намного хуже. Например, в Ливии повстанцы, которым открыто покровительствует Запад, вообще творят беспредел. Но ни Вашингтон, ни Брюссель это абсолютно не волнует.
Владимир Путин всегда был неприемлем для тех западных политиков, которые боятся усиления России, возрастания ее роли на мировой арене, тем, кто мечтает о сохранении глобального господства США и Евроатлантического сообщества. Он подвергается постоянным нападкам с их стороны на протяжении последних лет. Его оппоненты боятся и ненавидят российского лидера за его последовательность и жесткость в отстаивании национальных интересов, способность принимать своевременные и адекватные решения в ответ на актуальные вызовы.
Взгляды Владимира Путина на основные вопросы международных отношений достаточно ясно изложены в одной из его предвыборных статей под названием «Россия и меняющийся мир». И они по многим пунктам не совпадают со взглядами западных политиков. Приведу несколько цитат из этой статьи.
Вот как российский лидер пишет о нарушениях США и их союзниками основных норм международного права: «Череда вооруженных конфликтов, оправдываемых гуманитарными целями, подрывает освященный веками принцип государственного суверенитета. В международных отношениях образуется еще один вакуум — морально-правовой.
Часто говорят — права человека первичны по отношению к государственному суверенитету. Без сомнения, это так — преступления против человечества должны караться международным судом. Но когда при использовании этого положения легко нарушается государственный суверенитет, когда права человека защищаются извне и на выборочной основе — и в процессе «защиты» попираются такие же права массы людей, включая самое базовое и святое — право на жизнь, — речь идет не о благородном деле, а об элементарной демагогии».
Не менее жестко Владимир Путин характеризует политику США и Евроатлантического сообщества в области глобальной безопасности: «Похоже, что у натовцев, и прежде всего у США, сложилось своеобразное понимание безопасности, фундаментально отличающееся от нашего. Американцы одержимы идеей обеспечить себе абсолютную неуязвимость, что, замечу, утопично и нереализуемо как в технологическом, так и в геополитическом плане. Но в этом, собственно, суть проблемы.
Абсолютная неуязвимость для одного означала бы абсолютную уязвимость для всех остальных. С такой перспективой невозможно согласиться. Другое дело, что многие страны — в силу известных причин — предпочитают об этом не говорить прямо. Россия же всегда будет называть вещи своими именами и делать это открыто».
Немногие политические лидеры сегодня могут позволить себе так жестко критиковать Вашингтон и Брюссель. Тем более для Запада неприятно, что такие заявления делает вновь избранный президент России, обладающей огромными природными и экономическими ресурсами, мощным ядерным потенциалом, то есть лидер государства, которое невозможно ни изолировать, ни, тем более, напугать какими-то санкциями.
Еще одна важная причина, почему на Западе так сдержанно отреагировали на победу Владимира Путина в президентских выборах – это его стремление к объединению вокруг России стран постсоветского пространства. Вашингтон и Брюссель расценивает это как посягательство на свое монопольное право формировать геополитическую реальность, в том числе и на Евроазиатском континенте.
Неудивительно, что победа Путина, мягко говоря, не вызвала восторга ни в Вашингтоне, ни в Брюсселе.
Но ведь все дело в том, что 4 марта 2012 года выбирали президента России, и выбирали его россияне. Поэтому не столь важно, как к этому относятся на Западе. Источник легитимности вновь избранного президента России – российский народ, а не «международная общественность» в лице США и их союзников. Между тем, даже европейские и американские политики, призывая тщательно расследовать все нарушения, обнаруженные во время выборов, вынуждены признать, что никаких сомнений в победе Владимира Путина нет. А значит, нравится им это или нет, но иметь дело как с президентом России придется именно Путиным.
 
Внешняя политика России при Владимире Путине
 
Для любого государства очень важен принцип преемственности власти. В этой связи следует отметить, что и действующий, и вновь избранный президент России – единомышленники. Да, у каждого из них свой стиль и метод управления, но их взгляды на основные направления внутренней и внешней политики очень близки. За годы президентства Дмитрия Медведева каких-то радикальных изменений в позиции России на международной арене не произошло. Возможно, он немного больше внимания уделял развитию отношений с США и Евросоюзом, и чуть меньше – интеграции на постсоветском пространстве. В значительной степени это касается и белорусско-российских отношений. Да, были у нас и информационные войны, которых нам удалось избежать при Владимире Путине, но в целом, какого-то серьезного ущерба нашим отношениям нанесено не было. Даже напротив, именно при Дмитрии Медведеве произошел настоящий прорыв в формировании ТС и ЕЭП. Очевидно, инициатива исходила от Путина, но была она реализована все же при Медведеве, который, как президент, формирует внешнюю политику России.
Все признаки преемственности власти налицо. Так и должно быть в любом цивилизованном государстве. Поэтому каких-то радикальных изменений внешней политики России с вступлением в должность Владимира Путина ожидать не следует.
Есть другой момент. Выборы парламента и президента как лакмусовая бумажка показали рост протестного настроения в России. Новое российское руководство уже столкнулось не только с внешними, но и внутренними вызовами. И Владимир Путин их ясно видит, об этом он написал в одной из своих предвыборных статей с достаточно красноречивым названием «Россия сосредотачивается».
Исходя из этих факторов, вполне возможно, что в ближайшее время основные усилия руководства России будет направлены на решение в первую очередь внутренних проблем, и в меньшей степени – на внешнеполитическую активность. В российской истории такие сложные периоды уже были. Но после сосредоточения на себе, после серьезных реформ Россия каждый раз возвращалась на международную арену более сильной и целеустремленной.
Полагаю, что внешняя политика Владимира Путина будет направлена, во-первых, на укрепление глобальной безопасности, потому что от этого никуда не деться, этого требует национальная безопасность. И, во-вторых, на обустройство своего ближайшего окружения. Идею создания Евразийского Союза не стоит считать пустыми словами, предвыборным лозунгом. Тем более, что она нашла энергичную поддержку ближайших союзников – президентов Беларуси и Казахстана.
Кстати, это стремление Владимира Путина к реинтеграции постсоветского пространства, к созданию под эгидой России нового центра силы, как я уже говорил, является главным раздражителем для западных политиков. Причем, пожалуй, более сильным, чем его жесткая критика в адрес США и НАТО.
 
Перспективы развития белорусско-российских отношений
 
Некоторые политологи у нас в стране, особенно связанные с партиями националистического толка, считают, что с избранием Путина президентом России угроза утраты суверенитета Беларуси значительно возрастает. При этом обычно вспоминают знаменитую фразу «мухи - отдельно, котлеты - отдельно», которую он произнес в контексте взаимосвязи вопросов цены на газ и вхождения Беларуси в состав Российской Федерации.
Эту высказывание Владимиру Владимировичу еще долго будут вспоминать. Довольно трудно объяснить цель этого заявления. Ведь с любой точки зрения для России выгоднее, чтобы Беларусь в качестве союзницы оставалась сильным независимым государством. Беларусь России в качестве еще одной провинции вряд ли нужна, ведь у нее такая территория, и столько субъектов федерации, что дай Бог навести хотя бы там порядок. Кроме того, поглощение Беларуси как суверенного государства принесло бы Москве такие политические потери на международной арене, которые многократно превысили бы довольно призрачные выгоды. Такой акт подорвал бы ее международный авторитет и поставил бы жирный крест на стремлении России стать центром формирования Евразийского союза. Высказывание Путина сейчас представляется каким-то недоразумением. Тем более, что с тех пор руководство России ни разу к этой теме не возвращалось.
Другой вопрос – возможность жестко контролировать своего союзника. Такой соблазн всегда есть. В том числе и для Москвы. Сначала устанавливается контроль над экономикой, а затем и над внутренней и внешней политикой. Такие примеры есть совсем рядом, достаточно посмотреть, что случилось с некоторыми странами Евросоюза, что сейчас происходит с той же Грецией.
Но здесь есть два очень важных момента.
Во-первых, а кто сказал, что меньшая угроза суверенитету Беларуси исходит от Брюсселя? Уже то, каким тоном с нами разговаривает сейчас Евросоюз, наводит на определенные размышления. Судя по всему, наше мнение там никого не интересует, и дискутировать с нами никто не собирается. Если в наших отношениях с Москвой мы можем отстаивать свою позицию, спорить, убеждать, доказывать, и, чаще всего, находить компромиссы, то с Брюсселем такие вещи не проходят, с нами там готовы говорить только на языке ультиматумов.
Во-вторых, а кто сказал, что интеграция с Россией означает обязательную утрату контроля своей экономики? Даже приватизация предприятий не обязательно является угрозой для экономического суверенитета. Очень многое зависит, на каких условиях они должны быть приватизированы. Ведь они будут работать на нашей территории, платить налоги в наш бюджет и действовать в рамках нашего национального законодательства.
Некоторые так называемые независимые экономисты любят сравнивать снижение цен на российские энергоносители для Беларуси с допингом для белорусской экономики. Они утверждают, что это вредно для нас, так как лишает стимула для системной экономической реформы. С такими заявлениями трудно согласиться. Благодаря льготным ценам на нефть и газ мы можем, по оценкам экспертов, сэкономить около $4 млрд., и пустить эти средства на модернизацию производства, развитие и внедрение энергоэффективных технологий, альтернативных источников энергии.
Что касается вопроса, насколько удобно Беларуси будет иметь дело с Владимиром Путиным как президентом России. Так ведь у нас уже есть опыт. Мы знаем, что Путин – жесткий политик, который последовательно отстаивает национальные интересы России. В этом отношении легкой жизни Минску от него ждать вряд ли стоит. Но самое главное и ценное для нас - он убежденный сторонник расширения и углубления интеграции на постсоветском пространстве. Значит, он, как никто другой, заинтересован, чтобы она была успешной, и поэтому с ним можно найти общий язык по самым сложным вопросам, выйти на компромисс, который бы устраивал обе стороны. Здесь наши цели совпадают, точно также, как и по многим другим вопросам международной политики. Ближе союзника, чем Беларусь, у России нет. Наши взаимоотношения, наша способность находить взаимоприемлемые решения самых сложных проблем будут ярким индикатором для тех государств, которые мы рассматриваем в качестве потенциальных членов ЕЭП, и, в перспективе, Евразийского союза.
 

12345

Комментарии

Спасибо за статью

Спасибо за статью

12345